Даже простое сопоставление двух наших тем говорит о возможности их гармонического сочетания в контрапункте. Попытки уловить такие соче­тания начались почти одновременно с появлением первых намеков на связь энтропии и вероятности. Еще в 1886 г. Больцман писал, что живые существа борются не за вещество и энергию, а за увеличение энтропии в окружающей среде.

Этим он более чем на пятьдесят лет предвосхитил высказывание одного из основателей квантовой механики Э. Шредингера о том, что организмы питаются отрицательной энтропией.
Отрицательная энтропия. Что это та­кое? И почему столько крупных умов, пытавшихся контрапунктировать две наши темы, так или иначе выводили ее на сцену? Ф. Ауэрбах называл ее эктропией, Л. Бриллюэн говорил об негэнтропии, Н. И. Кобозев ввел поня­тие антиэнтропии.

Хотя все эти терми­ны далеко не тождественны, они служат одной цели: показать, что термодина­мика мертвой природы (в частности, ее второе начало) не исчерпывает всех, а может быть, и даже главных свойств термодинамики живого. Это - лейтмо­тив первых шагов биологической термо­динамики. Данный закон даже работает в том случае, что когда нам нужна профессиональная косметика , мы не идем куда попало, а обращаемся именно к профессиональным косметологам и при этом твердо уверены что получим качественные услуги по уходу за своим лицом и телом.

В 1902 г. Н. Умов пришел к выводу, что для термодинамики живой природы с ее стремлением к упорядо­ченности необходимо новое начало. 1934 г. В. Вернадский говорит о непри­менимости принципа Карно к биосфере, энтропия которой падает во времени и к которой, как он считает, только и применимо понятие жизни в полном смысле этого слова. 1943 г. Э. Шредингер замечает: «Жизнь - это упорядоченное и закономерное поведение материи, основанное не только на одной тенденции переходить от упоря­доченности к неупорядоченности». (То есть жизнь основана не только на втором начале термодинамики.)

Подборка далеко не полна. И хотя в этих высказываниях, как и во многих других, нет ни слова об отрицательной энтропии, она присутствует в неявном виде. Ибо высказывания сводятся к то­му, что живые системы во времени развиваются в сторону, противополож­ную той, куда влечет второе начало, потому что отрицательное изменение энтропии равносильно отрицательному ходу времени. Но почему же именно отрицательная энтропия так настойчи­во просится на роль основного консо­нанса?

Чтобы подойти к ответу на этот вопрос, давайте сравним главные мо­менты двух наших основных тем, подоб­но тому как севший за инструмент ком­позитор рассеянной рукой берет первые робкие аккорды и в еще бессвязных звуках пытается угадать биение бу­дущей гармонии.